«Очень радостно, что такие конкурсы проходят и их начинают освещать в СМИ. Такие состязания полезны в плане популяризации рабочих профессий и технической сферы в целом. Важно, что это созидательная деятельность и даже творческая, хотя некоторые считают, что работа токаря к творчеству не имеет отношения. Нужно еще больше такие мероприятия пропагандировать и показывать», – поделился представитель МГТУ «СТАНКИН».
«Хорошо, что такие конкурсы есть. Это лучше, чем их совсем не проводить, но по большому счету, это капля в море. Я многое вижу, много куда приглашают. Например, очень масштабно проводят соревнования по киберспорту или чемпионат по известной компьютерной игре. Вовлеченность там колоссальная, охват аудитории огромный. А конкурс куда меньше раскручен», – отметил Александр Гончаров.
«Заметно, что студенты и выпускники гораздо охотнее идут на заводы. Работы сейчас у них очень много», – добавил ученый.
«Сейчас конкурс на место в студенческом общежитии выше, чем на место в вузе. Представьте, живут родители в провинциальном городе. У папы зарплата – 40 тысяч рублей, у мамы – еще меньше. Чтобы ребенка устроить, нужно не меньше тридцатки отдать, даже если он будет с друзьями квартиру снимать», – добавил Александр Гончаров.
«Пожалуй, соглашусь. Некоторый перекос имеется. С другой стороны, хорошие айтишники везде нужны. Есть множество смежных областей, в том числе в станкостроении. Например, выпускник может работать в сфере разработки программного обеспечения для станков, но это единичные специалисты, их очень мало», – отметил Александр Исаев.
«Зарплаты в этих сферах несопоставимые. Да, заводам приходиться поднимать зарплаты, чтобы к ним шли инженеры. Допустим, в столице «зарплатный потолок» у них на предприятиях – 120-130 тысяч рублей. А какой-нибудь тестировщик сайтов сможет получать в два раза больше, не напрягаясь. Поэтому многие инженеры-машиностроители сегодня работают в IT-сфере», – объяснил представитель «Бауманки».
«Вы будете удивлены, если узнаете, какие зарплаты у доцентов, профессоров. По московским меркам, это очень скромные деньги. И с учетом преподавательских часов, если он читает лекции. А есть и простые ассистенты, которые не преподают. Остаются энтузиасты, готовые подрабатывать где-то. Некоторые даже пытаются создавать свои производства», – поделился Александр Гончаров.
«Например, вы задумали эксперимент по планированию токарной обработки. Нужно сначала сделать или закупить передовое оборудование, а потом отвлечь на время рабочих, чтоб протестировать гипотезу. Кроме того, понадобятся измерительные приборы, инструменты, расходные материалы. Мало кто из предпринимателей согласится на такое», – объяснил гость конкурса.
«Речь – даже не о чипах и программном обеспечении станков. Взять хотя бы подшипники. Их стало трудно найти! Казалось бы, заводы подшипниковые есть, но все равно приходится закупать многое в других странах», – отметил Александр Исаев.
«Любой металлорежущий станок – показатель развития цивилизации, потому что он включает в себя и металлургию, и обработку, и логистику, и статистику, и расчеты и системы управления, и программные комплексы. Одно предприятие в принципе не может всё делать, что ему необходимо. Современный станок – агломерация огромного количества технологий, разработок со всего мира», – поделился размышлениями ученый.
«Ситуация в стране сложная, почти критическая, но есть шанс на изменения, им надо воспользоваться. Можно научиться делать многое из того, что раньше закупали. Сейчас неожиданно оказалось, что у нас многое сохранилось, какие-то разработки ведутся. Но все это без единой системы, нередко – по собственной инициативе, зачастую не благодаря, а вопреки», – пояснил Александр Гончаров.
«Понадобится долгосрочная системная работа. Но нужно начинать с воспитания, прививать людям ценности, которые во многом были утрачены», – подчеркнул сотрудник «Бауманки».