На самом деле, во втором квартале 2025 года продажи упали вообще во всех сегментах: прокат – на 13%, длинномерная продукция – на 11%, продукция из высококачественной стали – почти на 20%. Внутренний спрос в этот период был на 15% ниже, чем во втором квартале 2024 года, при этом экспорт оставался слабым и малорентабельным из-за низких мировых цен и укрепления рубля,
— заметил наш источник в отрасли.
Рост ключевой ставки до запретительного уровня делает для бизнеса инвестиции в технологическое развитие бессмысленными. Такие вложения окупятся через несколько лет, а положить деньги на депозит в Сбербанке под 20% годовых — просто и понятно. Если же бизнес всё-таки берёт у банков кредит под 25%, то, разумеется, эта драконовская ставка перекладывается в стоимость произведённых услуг и товаров. Таким образом и разгоняется инфляция — и никакого таргета в 4% всё равно не будет,
— отмечал в связи с ростом ставки ЦБ учредитель Царьграда Константин Малофеев.
Предположим, у вас ключевая ставка 6-7%. В этот момент бизнес берёт кредиты под 9-10%. Соответственно, льготная ипотека может выдаваться под 5%. Разница между пятью процентами и девятью процентами финансируется из государственного бюджета. 4%? Да без проблем. А теперь другая ситуация, когда кредит составляет 28-30%. Для того чтобы вменяемый человек, психически здоровый, подписался под таким кредитом, льготный кредит не должен превышать хотя бы 12%. Между 12% и 30% — 18% — должно финансироваться из государственного бюджета воюющей страны. Не 4%, как раньше, а 18%. Как вы считаете, это вообще возможно или нет?
— заметил в беседе с Царьградом директор Череповецкого литейно-механического завода (ЧЛМЗ) Владимир Боглаев.
Внешний рынок для наших низких переделов прикрылся, а высокая ставка уничтожила внутреннего потребителя на низкопередельный продукт. Вот это и сыграло свою роль. А в стройке в основном используется низкий передел, достаточно простые производственные компоненты — арматура, не самый сложный сортовой прокат, цемент, песок и иностранная рабочая сила,
— заметил Боглаев.
В своё время, когда распался Советский Союз, было принято решение, что Россия будет сырьевым придатком Запада или Востока. В России должны остаться природная рента и самые первичные грязные переделы. Это в том числе нефтехимия и металлургия. Основным потребителем сырья и материалов должны были стать внешние потребители за рубежом. Огромный объём продукции "Северстали" или НЛМК шёл за рубеж не как прокат конечного производства, а как слябы или подкаты, из которых уже там на заводах изготавливалась конечная продукция. То есть это грязный и низкопередельный продукт,
— отметил директор ЧЛМЗ.
Кредитная денежная политика страны заточена на то, чтобы любой продукт с длительным производственным циклом ушёл с рынка. А тот продукт, который имеет быстрый оборот, был рентабельным и доходным. И вот если делать продукт низкопередельный, ты получаешь прибыль и дивиденды,
— пояснил эту логику Боглаев.
Единственное, для чего нужна металлургия, это так или иначе для следующего передела — внешнего и внутреннего. Внутренний передел мы уничтожили после перехода страны на сырьевые рельсы. А внешний передел — это, во-первых, санкционная политика, а во-вторых, ситуация, когда начинается китайский демпинг. И Китай неслучайно демпингует — у них тоже происходит сейчас падение производства, и они хотят его поддержать спросом в России,
— заметил Боглаев.
В соответствии с принципом вознаграждения акционеров "Северсталь" стремится выплачивать дивиденды в размере 100% квартального свободного денежного потока,
— говорилось о годовом отчёте за 2017 год.
Люди уехали из малых городов, где было производство, и обратно они не поедут. Более того, они продолжают ехать в Москву. Почему? Потому что Москва — самый привлекательный для жизни город. И кто должен достигать задач по индустриализации страны? В Москву приехали не пенсионеры, а самый креативный, молодой и здоровый класс, который ушёл с производств в регионах. И когда ребёнок окончил школу, то он не рассматривает поступление в местный институт, а только в Питер или Москву. И такой человек, допустим, поступил в Бауманку. Вы уверены, что после того, как он отучится, он поедет горную промышленность поднимать? Сколько мы можем себя обманывать?
— сказал он.
Для того чтобы двигаться к цели, эту цель надо обозначить и под неё разрабатывать целевую программу. А у нас нет ни одной нормальной целевой программы, у нас все программы — декларативные. Даже те, которые подписываются на уровне премьер-министра. И если вы как предприятие не можете планировать, а можете лишь прогнозировать, то значит, вы не субъект действия, а объект. Это очевидные вещи,
— отметил Боглаев.